Самоцветы России в доме Imperial Jewellery House
<br>Ателье Imperial Jewellery House годами работают с камнем. Далеко не с любым, а с тем, что добыли в регионах на пространстве от Урала до Сибири. Самоцветы России — это не собирательное имя, а определённое сырьё. Кварцевый хрусталь, найденный в приполярных районах, характеризуется иной плотностью, чем альпийский. Малиновый шерл с берегов Слюдянского района и тёмно-фиолетовый аметист с Урала в приполярной зоне показывают микровключения, по которым их можно идентифицировать. Ювелиры бренда учитывают эти нюансы.<br>

Принцип подбора
<br>В Imperial Jewelry House не рисуют проект, а потом подбирают минералы. Часто бывает наоборот. Нашёлся камень — возник замысел. русские самоцветы Камню позволяют задавать силуэт вещи. Тип огранки определяют такую, чтобы не терять вес, но открыть игру света. Бывает минерал ждёт в кассе годами, пока не обнаружится подходящий сосед для пары в серьги или недостающий элемент для подвески. Это медленная работа.<br>

Часть используемых камней

Зелёный демантоид. Его находят на Среднем Урале. Зелёный, с дисперсией, которая превышает бриллиантовую. В обработке капризен.
Уральский александрит. Уральский, с типичной сменой цвета. Сегодня его добыча почти прекращена, поэтому работают со старыми запасами.
Халцедон голубовато-серого тона голубовато-серого оттенка, который именуют ««дымчатое небо»». Его месторождения находятся в регионах Забайкалья.

<br>Огранка и обработка Русских Самоцветов в доме часто выполнена вручную, устаревших форм. Выбирают кабошонную форму, таблицы, гибридные огранки, которые не «выжимают» блеск, но подчёркивают натуральный узор. Элемент вставки может быть не без неровностей, с оставлением кусочка матрицы на обратной стороне. Это осознанное решение.<br>

Оправа и камень
<br>Каст работает рамкой, а не центральной доминантой. Золото используют разных оттенков — красноватое для топазов с тёплой гаммой, жёлтое золото для зелени демантоида, светлое для прохладной гаммы аметиста. В некоторых вещах в одном изделии комбинируют два-три оттенка золота, чтобы сделать плавный переход. Серебряные сплавы применяют нечасто, только для отдельных коллекций, где нужен прохладный блеск. Платиновую оправу — для крупных камней, которым не нужна соперничающая яркость.<br>

<br>Финал процесса — это изделие, которую можно опознать. Не по логотипу, а по манере. По тому, как посажен вставка, как он ориентирован к источнику света, как выполнена застёжка. Такие изделия не выпускают партиями. Даже в пределах пары серёжек могут быть отличия в тонаже камней, что считается нормальным. Это естественное следствие работы с натуральным материалом, а не с синтетическими вставками.<br>

<br>Следы работы сохраняются заметными. На внутренней стороне кольца-основы может быть не удалена полностью литниковая дорожка, если это не мешает носке. Пины закрепки иногда держат чуть толще, чем требуется, для запаса прочности. Это не грубость, а признак ручной работы, где на первом месте стоит служба вещи, а не только внешний вид.<br>

Связь с месторождениями
<br>Imperial Jewellery House не берёт «Русские Самоцветы» на открытом рынке. Налажены контакты со артелями со стажем и независимыми старателями, которые многие годы поставляют сырьё. Знают, в какой поставке может попасться редкая находка — турмалинный кристалл с красным ядром или аквамаринный кристалл с эффектом «кошачий глаз». Порой привозят друзы без обработки, и решение об их раскрое выносит мастерский совет. Ошибок быть не должно — уникальный природный объект будет испорчен.<br>

Мастера дома выезжают на месторождения. Важно понять контекст, в которых минерал был образован.
Приобретаются целые партии сырья для отбора на месте, в мастерских. Отбраковывается до восьмидесяти процентов материала.
Отобранные камни переживают первичную оценку не по классификатору, а по мастерскому ощущению.

<br>Этот принцип идёт вразрез с логикой сегодняшнего рынка поточного производства, где требуется унификация. Здесь нормой становится отсутствие стандарта. Каждый ценный экземпляр получает паспорт камня с указанием точки происхождения, даты поступления и имени огранщика. Это внутренняя бумага, не для покупателя.<br>

Трансформация восприятия
<br>Русские Самоцветы в такой обработке уже не являются просто вставкой в ювелирную вещь. Они выступают вещью, который можно созерцать отдельно. Кольцо-изделие могут снять при примерке и выложить на стол, чтобы наблюдать игру света на гранях при изменении освещения. Брошь можно развернуть обратной стороной и увидеть, как выполнена закрепка камня. Это предполагает другой способ взаимодействия с украшением — не только носку, но и изучение.<br>

<br>Стилистически изделия стараются избегать буквальных исторических цитат. Не производят реплики кокошников-украшений или старинных боярских пуговиц. Тем не менее связь с исторической традицией присутствует в масштабах, в подборе цветовых сочетаний, напоминающих о северной эмальерной традиции, в ощутимо весомом, но удобном посадке вещи на руке. Это не «новая трактовка наследия», а скорее перенос традиционных принципов к современным формам.<br>

<br>Ограниченность материала определяет свои правила. Серия не обновляется ежегодно. Новые поступления случаются тогда, когда собрано достаточный объём достойных камней для серийной работы. Бывает между крупными коллекциями проходят годы. В этот период создаются единичные вещи по архивным эскизам или завершаются долгострои.<br>

<br>Таким образом Imperial Jewelry House существует не как фабрика, а как мастерская, привязанная к данному minералогическому источнику — «Русским Самоцветам». Цикл от добычи камня до готового украшения может длиться неопределённо долгое время. Это медленная ювелирная практика, где временной ресурс является одним из незримых материалов.<br>