Русские Самоцветы – Imperial Jewellery House

[50×7240478]

Уральские самоцветы в мастерских Imperial Jewellery House
<br>Ювелирные мастерские Imperial Jewelry House годами работают с самоцветом. Не с произвольным, а с тем, что нашли в землях на пространстве от Урала до Сибири. Самоцветы России — это не собирательное имя, а реальный природный материал. Горный хрусталь, извлечённый в приполярных районах, имеет другой плотностью, чем хрусталь из Альп. Шерл малинового тона с прибрежных участков Слюдянки и глубокий аметист с приполярного Урала имеют микровключения, по которым их можно идентифицировать. Мастера дома знают эти признаки.<br>

Особенность подбора
<br>В Imperial Jewellery House не рисуют набросок, а потом ищут минералы. Нередко всё происходит наоборот. Поступил самоцвет — родилась задумка. Камню позволяют задавать форму украшения. Огранку подбирают такую, чтобы сохранить вес, но раскрыть игру. Порой самоцвет хранится в хранилище долгие годы, пока не найдётся удачный «сосед» для вставки в серьги или третий элемент для подвески. Это неспешная работа.<br>

Примеры используемых камней

Зелёный демантоид. Его обнаруживают на Среднем Урале. Зелёный, с «огнём», которая сильнее, чем у бриллианта. В огранке непрост.
Уральский александрит. Уральского происхождения, с характерным переходом цвета. Сейчас его почти не добывают, поэтому используют старые запасы.
Голубовато-серый халцедон серо-голубого оттенка, который часто называют ««дымчатое небо»». Его месторождения есть в Забайкальском крае.

<br>Огранка и обработка Русских Самоцветов в Imperial Jewellery House часто ручная, устаревших форм. Применяют кабошон, «таблицы», гибридные огранки, которые не «выжимают» блеск, но проявляют природный рисунок. Вставка может быть неидеально ровной, с бережным сохранением части породы на изнанке. Это принципиальный выбор.<br>

Сочетание металла и камня
<br>Металлическая оправа работает обрамлением, а не основным акцентом. Золотой сплав применяют в разных оттенках — красное для топазов тёплых тонов, жёлтое золото для зелёной гаммы демантоида, белое золото для холодного аметиста. В некоторых вещах в одной вещи соединяют несколько видов золота, чтобы создать переход. Серебро применяют редко, только для специальных серий, где нужен холодный блеск. Платиновую оправу — для значительных по размеру камней, которым не нужна конкуренция.<br>

<br>Результат — это украшение, которую можно опознать. Не по логотипу, а по почерку. русские самоцветы По тому, как сидит вставка, как он повёрнут к свету, как выполнена застёжка. Такие изделия не делают серийно. Да и в пределах одних серёг могут быть различия в тонаже камней, что является допустимым. Это результат работы с естественным сырьём, а не с синтетическими вставками.<br>

<br>Следы работы сохраняются заметными. На изнанке кольца-основы может быть не снята полностью литниковая система, если это не мешает при ношении. Штифты креплений креплений иногда делают чуть толще, чем требуется, для надёжности. Это не неаккуратность, а подтверждение ручного изготовления, где на первом месте стоит надёжность, а не только визуальная безупречность.<br>

Связь с месторождениями
<br>Императорский ювелирный дом не покупает самоцветы на бирже. Существуют контакты со давними артелями и частниками-старателями, которые годами привозят камень. Умеют предугадать, в какой закупке может встретиться редкая находка — турмалин с красным «сердцем» или аквамаринный кристалл с эффектом ««кошачий глаз»». Иногда привозят сырые друзы, и окончательное решение об их распиле принимает совет мастеров дома. Ошибок быть не должно — уникальный природный объект будет испорчен.<br>

Мастера дома выезжают на прииски. Важно разобраться в контекст, в которых минерал был сформирован.
Закупаются партии сырья целиком для отбора на месте, в мастерских. Отсеивается до восьмидесяти процентов материала.
Отобранные камни проходят первичную оценку не по формальной классификации, а по субъективному впечатлению мастера.

<br>Этот метод противоречит нынешней логикой поточного производства, где требуется одинаковость. Здесь стандарт — это отсутствие стандарта. Каждый значимый камень получает паспорт камня с фиксацией точки происхождения, даты поступления и имени огранщика. Это внутренний документ, не для клиента.<br>

Трансформация восприятия
<br>Русские Самоцветы в такой огранке становятся не просто просто частью вставки в ювелирную вещь. Они выступают объектом, который можно изучать самостоятельно. Перстень могут снять с пальца и положить на стол, чтобы следить световую игру на гранях при другом свете. Брошь-украшение можно перевернуть изнанкой и рассмотреть, как камень удерживается. Это требует иной формат общения с украшением — не только повседневное ношение, но и изучение.<br>

<br>По стилю изделия избегают прямых исторических реплик. Не производят копии кокошниковых мотивов или старинных боярских пуговиц. Тем не менее связь с исторической традицией сохраняется в пропорциях, в выборе сочетаний цветов, отсылающих о северной эмальерной традиции, в тяжеловатом, но комфортном посадке украшения на руке. Это не «новое прочтение наследия», а скорее перенос старых рабочих принципов к современным формам.<br>

<br>Ограниченность материала определяет свои условия. Линейка не выпускается ежегодно. Новые поставки происходят тогда, когда накоплено нужное количество камней подходящего уровня для серии изделий. Порой между крупными коллекциями могут пройти годы. В этот интервал делаются единичные изделия по старым эскизам или завершаются старые начатые проекты.<br>

<br>В итоге Imperial Jewellery House функционирует не как завод, а как ремесленная мастерская, ориентированная к данному minералогическому источнику — Русским Самоцветам. Цикл от добычи камня до итоговой вещи может длиться непредсказуемо долго. Это медленная ювелирная практика, где временной фактор является невидимым материалом.<br>

[投稿者]

投稿